Апелляционная жалоба в интересах Матвея Морозова из кинофильма «Дело было в Пенькове»

Я очень люблю старый советский фильм 1958 года «Дело было в Пенькове», неоднократно его смотрела и думала- как я, адвокат, стала бы защищать в суде главного героя, хорошего парня Матвея Морозова.

Поэтому задание Высшей Школы Экономики – подготовить жалобу на гипотетический приговор суда по делу Морозова- восприняла с энтузиазмом.

Задание

Приговором суда первой инстанции Матвей Морозов был осуждён: по ч. 3 ст. 30, п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год, по ст. 125 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 месяца, по п. «в» ч. 2 ст. 127 УК РФ к лишению свободы на срок
3 года, а по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний – к 12 годам лишения свободы, с ограничением свободы сроком на 1 год, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Составить апелляционную жалобу в интересах Матвея Морозова на приговор суда.
Применимым правом следует считать право Российской Федерации по состоянию на дату решения задания.
Место событий – деревня Кленково Клинского района Московской области.
При отсутствии в фильме фамилий и/или отчеств персонажей, их возраста, а равно иных юридически значимых фактов указанные факты допускается додумывать по усмотрению поступающего.
Однако в случае, если факты могут быть точно логически установлены из содержания фильма, их додумывание рассматривается как существенное упущение.


АПЕЛЛЯЦИОННАЯ ЖАЛОБА

В судебную коллегию по уголовным делам
Московского областного суда
Через Клинский городской суд Московской области
141600, г. Клин, ул. Ленина, д. 17
от адвоката Кобзевой Полины Валерьевны
в интересах подзащитного Морозова Матвея Павловича,
Зарегистрированного по адресу:
Московская область, Клинский район, д. Кленково, д.60
Дело № 1-315/19

Суть дела:

Житель деревни Кленково, осужденный Морозов М.П. под предлогом покупки самогона заманил потерпевшую, жительницу той же деревни Попову А.В. в холодный погреб, где и запер ее так, что самостоятельно Попова А.В. освободиться не могла. Ее через 8 часов освободила жительница той же деревни Глечикова А.А., которой Морозов М.П. сообщил о происшедшем. Вреда здоровью потерпевшей, легкого, средней тяжести или тяжкого, причинено не было.

Приговором судьи Клинского городского суда Московской области Евсеевой Е.А.  от 22 июля 2019 года Морозов М.П. был осуждён: по ч. 3 ст. 30, п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год, по ст. 125 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 месяца, по п. «в» ч. 2 ст. 127 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года, а по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний – к 12 годам лишения свободы, с ограничением свободы сроком на 1 год, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановленный приговор в законную силу не вступил.

Считаю, что данный приговор постановлен с нарушением закона и подлежит отмене по основаниям, изложенным ниже.

Основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных Уголовно-процессуальным кодексом РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

I. Несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.
*выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Вывод суда о том, что Морозов М.П. планировал убийство потерпевшей с особой жестокостью, не подтвержден материалами дела.

Так, согласно приговору суда, Морозов М.П. совершил с учетом ч. 3 ст. 30 УК РФ преступление, предусмотренное п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, то есть – покушение на убийство, совершенное с особой жестокостью, которое  не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Одновременно Морозов осужден фактически за те же деяния по ст. 125 УК РФ (оставление в опасности).

Осуждение Морозова по ст. 105 (умышленное причинение смерти) и ст. 125 (оставление в опасности) является осуждением по взаимоисключающим статьям. В то время как убийство имеет свой целью лишение человека жизни, то есть действие, оставление в опасности такой цели не преследует и является бездействием (неоказанием помощи).

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного суда РФ, данными  им  в  Постановлении от 27.01.1999 N 1 (ред. от 03.03.2015) “О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)”

«При рассмотрении дел об убийстве, являющемся особо тяжким преступлением, за совершение которого возможно назначение самого строгого наказания из предусмотренных ст. 44 УК РФ видов наказаний, суды обязаны неукоснительно выполнять требование закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела. По каждому такому делу должна быть установлена форма вины, выяснены мотивы, цель и способ причинения смерти другому человеку, а также исследованы иные обстоятельства, имеющие значение для правильной правовой оценки содеянного и назначения виновному справедливого наказания.

Если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.). Необходимо отграничивать убийство от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, имея в виду, что при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности. При квалификации убийства по п. “д” ч. 2 ст. 105 УК РФ надлежит исходить из того, что понятие особой жестокости связывается как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости. При этом для признания убийства совершенным с особой жестокостью необходимо установить, что умыслом виновного охватывалось совершение убийства с особой жестокостью. Признак особой жестокости наличествует, в частности, в случаях, когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязание или совершалось глумление над жертвой либо когда убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т.д.). Особая жестокость может выражаться в совершении убийства в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что своими действиями причиняет им особые страдания».

Фактически в материалах дела отсутствуют доказательства  и судом не установлено в безусловном порядке наличия такого квалифицирующего признака, как «особая жестокость».

Судом при постановлении приговора не был выяснен мотив осужденного, а также не было безусловно доказано, что целью Морозова было причинение смерти потерпевшей Поповой.

Более того, судом установлено, что потерпевшая Попова была освобождена свидетелем Глечиковой, которой сообщил о случившемся сам Морозов. Морозов, сообщая Глечиковой о своем поступке, осознавал, что Попова будет ею освобождена, что означает, в соответствии с разъяснениями Пленума ВС РФ  отсутствие умысла  на причинение смерти потерпевшей.

Все вышеизложенное исключает квалификацию деяния Морозова М.П. как убийства, в т.ч. и покушения на убийство. Квалифицирующий признак «особой жестокости» в деянии Морозова М.П. также не усматривается.

* суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Потерпевшая Попова Алевтина Власьевна спустилась в погреб добровольно, за самогоном, который она варит в больших количествах на продажу и которым снабжает за плату всех желающих. Само по себе самогоноварение не является противоправным деянием, однако его распространение уже противоправно. Деятельность потерпевшей как минимум аморальна и способствует распространению в деревне такого бича, как алкоголизм, ведущий к повышению преступности и деградации общества. Указанные обстоятельства хоть и были установлены судом, однако не были учтены при постановлении приговора.

* выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

Обжалуемым приговором суда Морозов М.П. осужден по двум взаимоисключающим статьям, а именно- ст. 125 УК РФ (оставление в опасности) и ч.3 ст. 30, п. «в» с. 2 ст. 105 (покушение на убийство с особой жестокостью). Однако обязательное условие вменения ст. 125 УК РФ – установление того, что у виновного не было умысла на лишение жизни потерпевшего или причинение вреда его здоровью за счет собственного бездействия. Таким образом осужденный признан виновным за одно и тоже деяние одновременно и как умышленно направленное на лишение жизни потерпевшей, и как не содержащее такого умысла. Такой вывод суда противоречит обстоятельствам дела, является двусмысленным и вызывает обоснованные сомнения в виновности Морозова М.П. в покушении на убийство.

В силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.), толкуются в пользу подсудимого.

II. Неправильное применение уголовного закона и несправедливость приговора
* применение не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, которые подлежали применению.

Согласно приговору суда Морозов М.П. совершил преступление, предусмотренное п. «в» ч. 2 ст. 127 УК РФ, то есть – незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, с применением насилия, опасного для жизни или здоровья.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 N 29 (ред. от 16.05.2017),

«Под насилием, не опасным для жизни или здоровья, следует понимать побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы (связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.).

Под насилием, опасным для жизни или здоровья, следует понимать такое насилие, которое повлекло причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности».

Между тем потерпевшая добровольно спустилась в погреб, где и была заперта Морозовым М.П., то есть насилия, тем более опасного для жизни или здоровья, он не применял и доказательствами иного суд при постановлении приговора не располагал. Побоев, связывания рук, причинения физической боли по отношению к потерпевшей Морозовым М.П. допущено не было, ее пребывание в погребе не повлекло причинения тяжкого либо средней тяжести вреда здоровью потерпевшей Поповой А.В., а также причинения легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности .

При таких обстоятельствах суд должен был применить с. 1 ст. 127 УК РФ, а не п. «в» ч. 2 ст. 127 УК РФ. В данном случае суд неправильно применил уголовный закон, что привело к назначению более сурового наказания, нежели это предусматривает санкция уголовной статьи.

Осужденный Матвей Павлович Морозов является передовиком производства, ранее к уголовной ответственности не привлекался, на его иждивении находятся неработающая беременная супруга и мать- пенсионерка, инвалид 2 группы. Эти обстоятельства не были учтены судом при назначении наказания, что и привело к постановлению несправедливого приговора.

В соответствии с п. 1 ст. 389.15, ст. 389.16 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела является основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке.

На основании вышеизложенного и в соответствии со ст. ст. 389.1 – 389.3, 389.6, 389.15, 389.20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации прошу:

Отменить приговор судьи судьи Клинского городского суда Московской области Евсеевой Е.А.  от 22 июля 2019 года по делу  № 1-315/15 в отношении Морозова Матвея Павловича и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию.

Приложения:
1. Копия апелляционной жалобы.
2. Ордер адвоката.

Адвокат Кобзева П. В